Кармановы: из истории деревни

Эта легенда в семье моей героини передаётся из поколения в поколение. Род её идёт от белорусов, которые в давние времена поселились в трёх километрах от Хлынова. А когда Вятку начали активно строить, их попросили переехать на сто десятый километр. Тогда первые поселенцы под фамилией Сливницыны и Калинины появились в глухих лесах, на месте, где до недавнего времени существовали деревни Кармановы и Мулы.

Одним места эти приглянулись, и они остались здесь хозяйствовать. Другие уехали в сторону современного Советского района и обосновали там селение Масляно, в некоторых источниках -  Масляное. Род тех и других имел продолжение в деревне, о которой пойдёт рассказ в данной статье.

Существует и ещё одна легенда. На месте, где образовалась эта деревня, была лесная глушь. И вот однажды один её житель пошёл в лес собирать сучки и встретился там с незнакомым мужчиной, как потом выяснилось, из Вахониных. Разговорились: кто такие да откуда. Оказалось, что они соседи - их деревни располагаются совсем рядом, а о существовании в округе ещё каких-то селений оба и не подозревали.

Не упустить время

Написать о своей родной деревне Кармановы, что находится на территории Мякишинского сельского поселения, хотела давно. Всё  не  получалось, а тут вдруг - звонок из районного краеведческого музея. Заброшенное селение планировали показать по областному телевидению: нужны комментарии. Оказывается, в нашем музее об истории возникновения, о её  жителях информации - минимум. Подумала, ведь есть же ещё свидетели лет советской эпохи, а мы - их потомки - так бездумно упускаем время.

За помощью обратилась к одной из бывших жительниц Кармановых, проживавшей в ней с семнадцати лет, которая пожелала остаться неизвестной.

Жизнь в деревне кипела

Родилась моя собеседница в соседних Мулах. Перед началом Великой Отечественной войны пошла учиться в Кармановскую школу к учительнице Анастасии Фёдоровне Лагуновой (в девичестве - Светлаковой) из Высокова. До неё преподавали Афанасья Васильевна, Прасковья Ивановна. Их фамилий она уже не помнит. В каждом из четырёх классов школы занималось обычно по тридцать шесть учеников. Позднее, когда мест в школе не стало хватать, рядом с её зданием поставили дом одного из раскулаченных, в котором также оборудовали классы. Потом здание служило жильём для учителей. Сколько на тот момент проживало людей в этой деревне, моя собеседница не знает, но говорит, что она была самая большая во всей округе. Жизнь в ней кипела. Помнит, как из Белячонок, центра сельсовета, к которому Кармановы относились, пришёл нарочный и сообщил трагическую весть о нападении фашистов.

В разное время Кармановы входили в состав Нолинского района, потом - Татауровского, как известно, были и оричевскими.

От «Серпа и молота»…

До войны здесь организовали колхоз «Серп и молот». Возглавлял его Сергей Иванович Усков. Когда мужчины ушли на фронт, в деревне остались женщины, дети и два старика - Фёдор Тимофеевич Усков да Николай Данилович Новиков. И те ходили в трудовую армию. «Всё хозяйство вели ребёнки да бабы!» - говорит женщина. А Сергей Иванович, вернувшись, работал то председателем, то животноводом, кстати, в местной школе преподавал военное дело. «Сколько тогда всего производили, и всё вручную! Потом наш председатель, увидав современную технику в других краях, тоже решил приобрести полуторку», - вспоминает она.

В войну из колхоза забрали всех лошадей. На полях работали дети, запрягали быков. Женщина вспоминает: «Бык старый, уж и ходить не мог, а дед взял и хвостнул его. Тот развернулся, наставил рога и побежал за ним. Дед - от него. Спасся на ёлке. Бык долго дерево раскачивал, когда совсем устал, ушёл на конюшню. Работали тогда все.  И скотина уставала, на полях умирала».

В каждой деревне был овин, в котором топили огромную глиняную печь. Когда выжнут рожь или овёс, свяжут в снопы, отправляют их в него сушиться. Молотили на гуменнике цепами, по шесть человек друг за другом ходили. А на семена брали сноп непосредственно в руки и выбивали зерно, чтобы оно было качественным. Конная молотилка была также в каждой деревне, только вместо лошадей, особенно в войну, запрягали быков.

В Великую Отечественную всё до последнего зёрнышка сдавали государству. «В Мингалях был умный, хозяйственный председатель. Как намолотят там зерна, поедут обозом в Жерновогорье на элеватор по нашим деревням, чтобы все видели - уродился хлеб! А на дуге призыв: «Всё - для фронта, всё - для Победы!» -  со слезами на глазах вспоминает моя собеседница.

…до электрификации

После войны в двух-трёх километрах от деревни на пруду с названием  Карманиха  собственными силами возвели электростанцию.  Строили  её  под  руководством жителя Кармановых Сергея Дмитриевича Опарина, который  был знаком  с  военнопленным  эстонцем, по всей видимости, ставшим «генератором» идеи создания данного объекта. Тогда и электричество провели. Естественно, с его появлением труд местных крестьян облегчился: молотить и веять вручную больше им не приходилось.

Кстати, здесь же, на Карманихе, была мельница. Ещё до революции её и пруд  сначала взял в аренду, а позднее и выкупил мулинец Тихон Кондратьевич Сливницын у купца Филатова из Кукарки. Мельником работал его сын Василий. Отмечу, что ещё трое его сыновей - Гаврил, Николай, Алексей - также были мельниками по найму на Волчихе, Нестерихе, Красавке и Ключовке. Ещё двое - Пётр и Сергей - выделывали овчины.

Тихон Кондратьевич личностью был неординарной и прагматичной. Дружбу он водил с татарами. По весне садился в лодку, которую выдолбил своими руками, и с кирпичного завода, находившегося чуть ниже Кармановых на ключе, по реке Суводь спускался на Вятку к месту, где она сливается с Камой. Там в селении Соколки в летний период он ткал мешки из мочала, как бы сказали раньше, «кулевшичил».

На кирпичном заводе после появления электростанции труд людей также облегчился. Глину стали месить не руками и ногами, а специальными агрегатами.

Деревня Буданы, что располагалась по соседству, славилась кузнецами. А кармановцы, например, Николай Данилович Новиков, занимались смолокурением, продавали древесный уголь. В вырубленных делянках выкорчёвывали пни, везли их на смолокуренный завод, где гнали смолу и получали уголь. На нём и кузницы работали, в том числе та, которую позднее построили на стыке Кармановых и Мулов. Пётр Фёдорович Перевалов шил сапоги. Делать умели всё, успевали и скотину выращивать, и поля содержать в порядке. Питались только выращенным на своей усадьбе.

Примерно в 1952 году, в результате объединения нескольких деревень в округе, относившихся к Беляченскому сельсовету, куда вошли Усковы, Вохма, Мальшики, Мулы, Буданы, Кармановы, организовали колхоз имени Калинина. Его возглавил Иван Романович Шипин. Моя собеседница отмечает, что это был очень умный мужчина. Когда она в 1954 году начала работать бригадиром, общее число колхозных рабочих тогда составляло девяносто человек. При Иване Романовиче в Кармановых был свинарник, два коровника, а потом на их месте появились два откормочника. Птичник находился на стыке Мулов и Кармановых. Про одну из птичниц - передовика - в то время сами жители сочинили частушку, ставшую популярной среди местного населения. Заканчивалась она словами: «скоро звание получит птичница-отличница». Государству тогда сдавали и мясо, и молоко.

Примерно в 1952-53-ем годах в Кармановых построили первый магазин. Относился  он  к  Зоновскому сельпо. Продавцом была Нина Егоровна Кротова. Привозили нечасто хлеб, рыбу, сахар, понемногу - ситцу, а вот соль, спички в продаже были постоянно. Если кто-то пожелал приобрести шаль, то сначала обязательно нужно было сдать определённое количество яиц, а потом доплатить за неё недостающую сумму.

Работали в деревне две грибоварки. Грибы принимали и варили Сергей Иванович Усков, затем - Иван Прокопьевич Усков, а на моей памяти (авт.) - Сергей Дмитриевич Опарин.

… и до совхоза «Мякишинский»

В  1960 году  образовался  совхоз «Зоновский», куда вошли  и  вышеуказанные  шесть деревень. При следующем очередном разделении, в 1964 году,  Кармановы отошли к  созданному  совхозу  «Мякишинский», который возглавил Сергей Маркович Гашеев. А в образовавшемся Мулинском отделении был управляющим Алексей Васильевич Лагунов. Руководил он умело. И люди там были настоящие труженики. Сена - всегда вдоволь. Себестоимость молока  тогда достигала девяти копеек.

Алексей Васильевич просил руководство: «Отдайте мне этих людей и эти угодья. Перейду на хозрасчёт, и я у вас ни копейки не попрошу». Не дали. «А может, перешли мы тогда на новую форму работы, так и сейчас наша деревня и Вохма с Мулами жили бы», - с сожалением говорит женщина.

А ещё этого руководителя очень боялись местные любители спиртного. Если соберутся где-нибудь выпивать, увидят его издалека: «Лагунов идёт!» И как сквозь землю проваливались! Крепкий был хозяйственник и очень строгий. Позднее его перевели директором маслозавода в Верхошижемье.

Когда совхозы образовались, жить стало легче, людям начали платить деньги, да и от войны оправились.

Умели раньше веселиться

На  Иванов день, Троицу в Кармановы собирались жители со всех деревень - из Онисемёнок, Вахониных, Прозоровых, Усковых, Беляков, Моричей, Лапугов, Новиков, Мальшиков. А после войны в Иванов день сначала ещё и ходили на ярмарку в Суводи. Гармонистов в Кармановых было много - Полинар Петрович, Геннадий Петрович Переваловы, Иван Яковлевич, Евгений, Сергей Павлович Усковы. На праздниках веселились под их игру.

Кармановы славились печниками, строителями, доярками… Люди трудились от зари до зари. Уверена, историю этой деревни, а также соседних Мулов, Вохмы и других рассказать ещё есть кому. Только, наверное, нужно поторопиться.


Вера ТИУНОВА

@ 2017 Информационно-аналитический портал Шижма.ру,
Верхошижемье и Верхошижемский район

Поиск